хостинг недорого
 
 

 

 

Виктор Старшенко, Германия

 

 

 

 

Ха-ха. Да это чепуха

Или же шутка Пушкина: Британской Музы небылицы

Британцам в жизни так не повезло: они сподобились британцами родиться.

Как мы гордились, что все в передовой, великой, пролетарской стране родиться умудрились.

У нас, в Союзе, был передовой рабочий класс, готовый своей грудью защищать далёкий Гондурас.

Мы по указке коммунистов непрестанно догоняли страны капитала, в основном, отсталые.

Закатывали мы всемирные истерики, в защиту бедных негров Северной Америки.

Соорудив в кармане фигу и скорчив мину, давали самолёты Хо Ши Мину.

Трезвонили, что у Британии не вредно отобрать богатые колонии.

Как сладострастно на всю Кубу… пораскатал Никита губы.

Ракеты, дурь Никиты, Джона разумам все были сбиты.

Совки другие языки учить не смели не от лени:

Хотели, чтобы негры прекрасно знали

Язык, которым долго нас дурил

Великий Ленин.

 

Когда глаза продрали,

То неожиданно, одновременно, как щенки, прозрели.

Как после долгого запоя старый алкоголик, мы все не завязали, а лишь немного протрезвели.

По запашку и мирового окружения смешку узнали, что подвержены грешку: прогнили и обкакалась.

Убрав номенклатуру, от радости мы тут же сдуру, как дети, рассмеялись, а с горя не расплакались.

На карте мира тихо мирно, без всякой атомной войны, Страны Советов в один момент не стало.

Как яблоко румяное, перебродив и перезрев, внутри прогнив, Страна, как с яблони, упала.

Засуетились мы, совки. Как тараканы сразу бодро побежали в другие страны.

А любопытным на каверзный вопрос: „В Германии ты, почему ж?“,

Я, как великий Маяковский, прославляя паспортину,                                         

Ответно гордо кину: „А потому ж!                                                                                               Евреи

Еврейкин  муж!“                                                                                                    И к ним примкнувшие

                                                                                                            Вновь добровольно пошли на фронт.

Ещё                                                                              Потея на работе в койках, интенсивно восполняем

Одно ха-ха.                                      Фашистами Германии изведенный в концлагерях еврейский генофонд.

Какая это чепуха

Британской Музы небылицы.

Британцам гордым весьма заносчивым на радость, а не на беду

Я небольшую небылицу Александра Пушкина родную русским к месту приведу.

Да, Западу в угоду с великим шиком, я тёмным русским не перо туда воткну, а сразу пику.

Британцам небылицы Пушкина напоминая, кстати иль некстати, без злобы и затей скажу открыто:

„Как будто бабка рыбака, по воле коммунистов жалкие совки… остались у разбитого корыта“.

Узнать британцам интересно и потому признаюсь честно: развесил уши и разинул рот родной народ.

Родные в доску коммунисты, как рыбка золотая, рай на земле за горизонтом, правда, обещая,

Вели уверенно родной народ вперёд, а, оказалось, вели как раз наоборот:

Наобещав народу сплошное изобилие, огромный воз чудес,

Правители, паршивых лозунгов огромные любители,

Нас завели в глубокий экономический тупик.

Как будто бы Иван Сусанин вдруг возник:

Доверчивых французов он в лес волок.

А комуняки по Крылову нас учили!

Один в один: ягнёнка волк.

 

Да в этой жизни всякое бывает, не только нас попутал бес: рвались за партией мы в даль небес.

Согласно Пушкину народ наш был Балда. И вот сто лет он пёрся, теперь как оказалось, не туда.

„Что наша жизнь?“ -

Как все, согласен с Германом: „Игра!“

Одно тут к месту сделать уточнение давно пора:

По современным русским меркам, Британской Музы небылицы –

Обыкновенная страшилка, которая, однако, для детских сказок может пригодиться.

Вот Русской Музы небылицы – уже фантастика. Они являются основой для приличного ужастика.

 

Британской

Музы небылицы

В душе славян не вызывают трепет.

Восторг, почтение, испуг не искажают наши рожи-лица:

Британской Музы небылицы, как мои вирши, похожи очень на детский лепет.

Попристальнее присмотреться: Британской Музы небылицы, то вообще сплошная ерунда.

Быль современной русской жизни – как прочная основа для серьёзного сценария сгодится,

Причем, коль привлечём солидного мы режиссёра из Голливуда, господа.

Славяне продвигаются всё историческое время

Совместно с Музой не туда.

 

...  как говорится, струится в жилах кровь, а не водица, однако русских кровь давно разводится:

в большом количестве намешаны других народов гены. Ещё добавлена туда: и самогонка и вода.

 

Я тут

Подробно, въедливо

В историю вдаваться не берусь.

Известна истина: „Пророка нет в родном отечестве“.

Добавить не боюсь: на этом тезисе с основ стояла, до сих пор стоит родная Русь.

В родном отечестве пророков нет и прогоняли за границу мудрецов, естественно нет нации отцов,

Не думая, иль думая недолго, славяне пригласили Рюрика, приватизировав с Норвегии варяга.

На это записи во многих летописях есть, а это для истории весьма весомая бумага.

Сам Рюрик, как баран, не упирался, а прикарманил Новгород Великий.

Великим князем стал в момент он на халяву.

С великой радостью.

 

... но это, впрочем, ерунда, сплошная, мелочь: у нас в истории бывали и покруче гадости.

... мы стили русской и британской жизни сравним в контрасте: все радости-несчастья,

…поговорим о Музах и всех превратностях пера. К турнира сути нам приступать пора.

 

Вот Рюрика

Подельники: Аскольд, Олег.

Как часто в банде водится, Олег пришил Аскольда за какой-то грех.

Судить я о раздоре не берусь, но между стрелками и перестрелками они создали Киевскую Русь.

Боюсь, что думали недолго оба князя, а Киевскую Русь и породили, и умудрились измазать в грязи:

Аскольд, а также воспетый Пушкиным Олег, свершили на Царьград грабительский набег.

В те Средние и Тёмные века любой грабёж, как и сейчас, считали за святое дело.

И исторический то факт, а не Британской Музы небылицы.

Известно, что захватом территорий Муза Англии,

Как наша Русь, безмерно расширила

Границы.

 

... всё это мелочь: дела минувшие и вовсе не касаются… славянской и британской Музы,

не нужно рассуждать тут нудно.  А осуждать грабёж не наше дело, к тому же трудно.

О чём

Веду я тут базар?

В те времена Олег (по Гумилёву)

Не смог как следует побить заносчивых хазар.

Другая истина от Александра Пушкина нам всем известна.

А кто, в конечном счете, прав? Узнать доподлинно так интересно:

„Как ныне сбирается вещий Олег отмстить неразумным хазарам…“

Но на Орду хазар Олег набеги делал даром, они прошли таким макаром

(не тратя лишних слов, о том поведал миру историк Гумилёв,

он сам на вещего Олега такую накатил тяжёлую телегу):

Хазары много били многострадального Олега.

Не только били, но даже Киев захватили.

Как над хазарами глумился Гумилёв?

Хазар назвал Еврейскою Ордою,

Итак: не подбирал историк

Интеллигентных слов.

 

Первоисточник не читал, Батейко Вова рассказал: их предводитель, Храбрый Пейсах, на всех чихал.

 

Славян

Монголы

Долго угнетали:

Два с половиной века.

Нас обесславили, закрыли двери.

Конечно, за подобный срок целенаправленно

Домашний мирный скот выводят люди из любой породы зверя.

Тем более возможно изменить характер нации, конкретно даже любого человека.

Славяне дань платили, но очень много от татар схватили: славяне стали чисто азиаты по менталитету.

В Европе и в Британии такие деловые все Вы. А мы не Вы, как азиаты, мы ленивы.

Однако сто очков вперёд мы англичанам тоже можем дать,

Коль надо долго, не по делу нам порассуждать.

Молчите англичане? Вы чопорны

И горделивы?

 

... мы из-за лени на дело не годны, на выпивку слабы, хоть,  говорливы но, не неприхотливы.

... нам попусту порассуждать намного проще, чем локти обкусать. А я имел ввиду: соседу.

 

Мы

Были бородаты.

По чёрному мы матерились,

По чёрному всегда топили свои хаты.

Законом строгим, непреклонным был долго Домострой.

А был у нас бесправный и бесславный строй, который назывался крепостной.

Народ жил просто, по лесам, как дикий зверь. Лишь Пётр Первый Домострою указал на дверь.

От прежних повелителей в отличие, велик был Пётр, не только ростом, но ещё умом великий.

Был прогрессивный и крутой, любил науки, ремесло, был деловой, не рохля, не безликий.

Царь много сделал для величия России и самое великое свершил, по-моему, одно.

Великий император, как Грозный до него, был тоже бесноватый,

Но тёмный наш народ из леса направил он к прогрессу.

Как строил Питер, то народ поставил раком,

Однако же, лицом на Запад.

... а главное, и это не смешно, Великий Пётр, великий плотник, в Европу прорубил широкое окно.

 

Тут к месту

Приведу одну Немецкой Музы небылицу:

Повадились цари России на принцессах из Германии женится.

Подобной прозой жизни разрисована для всех дворов Европы прекрасная картина:

Да, русские Великие княгини Екатерина, Ольга, Вера не на халяву стали Вюртемберга королевы.

А тридцать лет успешно правила Россией властолюбивая немецкая принцесса, - Великая Екатерина. Екатерина до океана России раздвинула границы, и наш народ Европе всей представила, прославила.

С тех самых пор попёрли немцы все в Россию, как наш народ теперь, в Германию попёр.

Вернее, пёр с петровских пор, а немцев дщерь всё шире открывала в Россию дверь.

Тогда три сотни тысяч немцев по всей России расселились,

Причём в России очень интенсивно расплодились.

 

... не просто немцев к нам несло: они с собой в народ несли культуру, науки, ремесло.

 

И жили.

И женились.

Женились короли.

Роднился наш народ.

И породнились императоры.

Ругались и учились, и всё наоборот.

Однако двести лет совместно, мирно жить смогли.

И лишь потом с ума сошли: и родственные связи тут не помогли.

Двоюродных два глупых брата войной попёрли друг на друга в начале века.

И эта веха не вызывала у народов мира радости. И стало Музам мира вовсе не до смеха.

Двадцатый страшный век война, как в океане в ураган волна, как буйный ветер, гуляла по планете.

Война – источник бед. Я с детства знаю. Пониманья нет, война противная, а почему-то „мировая“.

В России и в Германии от имени народа новые диктаторы дурных турнули императоров,

Смогли в России власть слямзить коммунисты, в Германии – захапали фашисты.

И тех, и тех идеология антинародная и вовсе помыслы не чисты.

А для начала ужасных два диктатора решили

Меж собой на части разделить

Несчастный мир.

 

и в мире победила двух ублюдков дурь, делили мир как сыр, и разыгрался войны смертельный пир.

 

Война – она и в Африке война.

На ней всегда простых людей на пушечное мясо переводили до хрена.

Ещё до каменного века убивали человека, без хрена и горчицы врагов всех ели в те времена.

Такие беды творилось на планете в двадцатом веке, которые запомнят – на века, жив человек пока.

Для Гитлера и Сталина, как хитрый Чингисхан, так и жестокий Тамерлан – мальчишка и пацан.

Один из страшных людоедов жесток, как Тамерлан, другой хитёр, как Чингисхан.

Во все века любой диктатор был на расправу крут, хитёр, как тигр, жесток.

До наших мерзких тварей никто не изобрёл концлагерь-крематорий.

В ГУЛАГ,ах и в Сибири целые народы отмотали полный срок.

В двадцатом веке повыше крыши народы все хлебнули горя.

Но больше всех евреи и славяне. О том никто не спорит.

 

… но, к сожаленью, всю послевоенную историю войны холодной творили всё же наши жлобы…

хотя: от египтян и до отказа история забита, как будто семенами дыня, но семенами злобы…

А Муза

Чемберлена,

Скажи, какого хрена

Легла под первого диктатора?

Сам Чемберлен тогда сошёл за провокатора.

Хотя историю всегда толкуют односторонне, очень вольно.

Ударить пнём ли по ежу, ежом по пню – ежу ведь только больно.

Тем более, совсем не Чемберлен тогда маячил на фарватере истории.

Возможно, прав земляк Суворов: его трактаты вызывают много споров:

Напасть же первым на всю Европу хотел не Гитлер вовсе, а родной Иосиф.

Узнать нам достоверно правду при такой политике России совсем не светит.

Не зря в России до сих пор все предвоенные дела содержат в сейфе и секретят.

При этом двух народов беды прославляют, как великий День Победы.

Война позорная как кончилась, исполнилось уж шестьдесят,

Но предрассудки отношений по-прежнему ещё висят.

Двадцатый век под электронным микроскопом

Совместно, беспристрастно, всесторонне,

Хотя б в стихах, давай рассмотрим.

 

... не надо объяснять тебе: двадцатый век прошёл в отчаянной, к концу и не пустой борьбе.

 

Мы, как бараны

За провокатором козлом

Бездумно все на бой или на бойню шли.

Плелись, то за всея России самодержцем правителем-царём,

То за другим картавящим козлом, любимой партии создателем, потом секретарём.

Короче, шли – укажет кто куда, не думая, как знаменитый пушкинский Балда.

Причём, ехидно тут отмечу, вначале дружно все орали: „За веру, за царя“.

Как позже на поверку оказалось, кричали всем народом не то и зря.

Потом, когда ухлопали царя, когда пошли другим путём,

Когда опять с Германией отчаянно мы воевали,

То под давлением НКВД вовсю орали:

„За Родину,.. … за Сталина,..

Ура,.. ура,.. ура,.. ура,.. “.

Орали, не жалея

Горла.

 

… как сумасшедший заорёшь, коль на фашиста, заградотряды, зверьё из верных коммунистов,

 гады сзади, с великим русским матом под дулом автомата на смерть под пули солдата пёрли.

 

Не вызывала

Эта историческая веха

Не только у британской, но и у русской Музы смеха.

Не все причины доступны пониманию: а что влечёт сейчас людей в Германию?

Я по себе уверен, что не колбасой единой сыт любой, кто драпанул в Германию.

Для пропаганды колбаса, то – шаг вперёд, хотя по факту – два назад.

Давайте все народы мирно, дружно жить по Леопольду.

А пропаганду дружно сунем мы коту под хвост.

За мир и за отсутствие таких Побед

Признав ошибки, дружно,

Поднимем тост.

День Победа –

Праздник на костях народа.

Осмысли, что не праздник он для тех,

На чьих костях достигнут был в борьбе успех.

У тех живых, кто потерял своих родных, тут тоже нет утех.

Есть предложение: чтоб не было дурных побед, поэтому и поражения,

Не юбилей Победы праздновать должны, а дату окончание бессмысленной войны.

И возникает предложение: отпраздновать день торжества ума, и двух народов примирение.

И от жестоких, кровавых диктатур, и от ненужной нам вражды взаимное освобождение.

И этим праздником совместно бы отметить многовековой дружбы продолжение.

Неужто наверху забыли: уже три века вместе мы двигались к прогрессу.

Я тут не чушь несу. Шесть миллионов российских немцев

Прозябали на шахтах в далёком Казахстане

И гибли по лесам Сибири.

 

...  за будущее общее и за свободу миллионы русских, украинцев, евреев, белорусов трупами…

… в России, Белоруссии и Украины землю, на полях сражения, да в лагерях Германии легли.

 

Ну, вот.

Разинул рот:

„Ура,.. ура,.. ура,.. “.

Уже совсем зациклился:

Не кажется друзья ли Вам,

Американской Музы небылицы

Послушать всем давно пришла пора.

Пора ли, не пора ли, но тут поддам Вам пара:

Я переполнен впечатлением, как сельдью бочкотара.

 

Родился

Я в Алма-Ате.

Для русских там

Теперь условия… не те.

Там рос и голодал, как все, учился.

Окончил институт и сразу на Урал удрал.

Титановый завод пускал и на еврейке там женился.

Пять лет на Северном Урале, как все сокурсники, морозил нос.

Потом уж в Украину, в Запорожье, в Институт титана по конкурсу

В науку, правда прикладную, как опытных титанщиков, Господь всех нас занёс.

Там тридцать лет, ещё три года титана технологию мы создавали для советского народа.

За этот срок Христос создал своё великое учение и, вроде, принял за нас, за грешников, мучение.

Титана много для подлодок и ракет сварганили. Да Днепр хлоридными отходами весь запоганили!

Но это сообщил попутно, просто к слову. Я лучше тут же расскажу про друга, про Батейко Вову.

Вначале фельдшером был Вова на войне, потом стал кандидат наук и грамотный невропатолог.

Работал Вова с великим чувством долга, но для еврея путь к карьере, как по карьеру:

Весьма опасен, даже непролазен и до вершин карьеры недоступен или долог.

Спортсмен и кандидат он в мастера по горному туризму.

В походах он руководитель и завхоз.

Упорно мог лечить запор,

Но мог поставить

Сам клиенту

Клизму.

Лет, эдак,

Двадцать семь назад,

Послав бесславную Страну Советов в зад,

С боями в КГБ, но вырвался в Америку с семьёй Батейко бойко.

Не оробел и Роберт, сын. Он был студент. Он сын один. Держался Роберт стойко.

Жена Володи – любимая Людмила или Люся. Она, как мастер спорта по горному туризму,

Вела семью уверенно вперёд, как будто бы по горному маршруту, добавив Вове оптимизма.

Была Людмила щирой украинкой, как и положено спортсмену, деловой, и, кстати, милой.

Вот и Нью-Йорк. Вначале все язык учили, голодали, но потом врачами стали.

Потом, экзамен сдав, как все за рубежом врачи, Батейко заблистали.

Своим усиленным трудом был приобретен во Флориде дом.

Пять лет назад в Германии под Новый год – звонок:

Вот так вдруг замаячил на горизонте снова

Беглец и милый друг Батейко Вова.

У нас гостили в Штутгарте.

Ответный наш визит,

Ежу понятно, это:

Во Флориду.

 

… теперь настали другие времена: теперь друг друга не теряем мы из виду.

 

В Америке

Жизнь бьёт ключом.

Батейко все невзгоды нипочём…

Не к месту развивать Американской Музы небылицы…

Америка и я? А сопли тут к чему ж? И слов игра: Америку все любят – и я, и Буш.

За три недели ты хрен Америку узнаешь. Уж лучше помолчу. Поберегу для информации страницы.

 

Могу

Себя считать

По сроку – запорожцем.

Мы все, конечно, прекрасно знаем:

Есть опера с названьем: Запорожец за Дунаем“.

Тут тоже юг. И в Баден-Вюртемберге запорожцев пруд пруди, навалом.

Всё разузнав и пятки смазав, в прекрасный Штутгарт перебрался я недаром.

Тут непременно опера возникнет: Запорожцы за Некаром“.

Сейчас я даже во Флориде старых запорожцев видел.

Они цветут и сохранились в прекрасном виде.

Подспудно зреет тема новой оперы.

Название красиво зазвучит,

Не заскучаете:

 

… наверняка названье сходу угадаете… да, угадали точно:Запорожцы во Флориде“.

… напишем новое либретто, а с прежней музыкой… и композитор будет не в обиде.

 

Не к месту,

Вовсе ни к чему

На небесах великие витания.

Забыта Муза. Не раскрыта тема о Британии.

На юге Англии и в Лондоне с женой и внуком были не более недели.

Я много о Британии могу болтать. Но пересказы чужих мыслей и мне, и Вам, наверно, надоели.

А

Тут

Поговорим

Мы о поэзии и Музе.

Ведь вся поэзия у Музы в пузе.

Обхаживать и ублажать поэт её не возражает.

Он если Музу до оргазма ублажит, тогда она стихи ему рожает.

Теперь меня ты ублажи и внятно мне скажи: а почему же Музу вяжут все с поэтом?

И для учёного, конструктора с душою утончённою, такая Муза вдохновенья не будет ведь обузой.

У Муз ведь множество имён, без Музы и учёный фантазии лишён, ремесленник лишь он.

В конце концов, испечь пирог, точать сапог без Музы бы никто и никогда не смог!

Без Музы не было бы у Ньютона никакого тяготения к закону тяготения.

И тут отрежем так: в один момент без Музы бы иссяк Исаак.

А с грамотною Музой Ньютоном сразу станет всяк!

Без Музы прозябает посредственный поэт,

А настоящего учёного без Музы

В научном мире – нет!

 

… без Музы бы Алберт без времени-пространства оказался. Эйнштейн в один момент скончался.

… был бы скрипач, или тупой, как Петросян хохмач,  или в патентном бы пространстве затерялся.

 

Уж вижу

На устах жюри

Не просто горькую усмешку,

А откровенно громкий, ироничный и коварный смех.

Сумбурно-философские трактаты создавал в ужасной спешке.                               Тут сложно быль

Насмешил не только пэров-сэров, а буквально ошарашил всех.                      Плетётся с небылицей.

Руководитель наших открытых поэтических турниров,                         Переплелись, мелькают лица.

Тут, как участник, за короткий срок извлёк урок.                                 В стихах погряз, меж Муз завяз.

Я объективный сделал вывод и для себя усёк:                              А могут недруги набить за это рыло.

А в чём причина… каверзной усмешки?                                 Наплёл, три короба: что не было и было.

Так получается полу стишки                                                Устал. Кончаю. Всё. К врачу лечу лечиться.

Безумной спешки.                                                          Хоть кандидат наук, но мне пора остепениться!

 

так в увольнение спеша, солдаты говорят: „Была покладистой, ждала бы за забором моя Маша,

тогда солдату рядовому не страшны  уставы,  муштра и старшина, забор, запор и даже  каша“.

но в самоволку не утянешь Ваню на аркане, как ждёт его не Маша, а машет палкою её мамаша.

 

Итак: чудит чудак.

Интеллигент консенсуса достигнет мирно,

Интеллигентно, в горячих очень трудных спорах за столом переговоров.

А машет кулаками, орёт и вздор несёт, дерётся, всем на беду, но достигает временно победы:

Жестокий, ограниченный, но очень хитрый демагог, немного тронутый умом диктатор,

Ортодоксальный и прямой, как шпала, коммунист, всех ненавидящий фашист,

Тупой, но хитрый, фанатичный исламский террорист.

Короче в заключенье скажем так:

Законченный

Дурак.

 

 к юбилею тост не пожалею: все гады эти не портили бы воздух, да навек исчезли бы с планеты.

… попёр, как прожектёр! Я тост поправлю так: пусть улучшаются дороги, не изводим… дурак.

 


 


Counter CO.KZ